0.1 C
Киев
Среда, 8 декабря, 2021

Нужно видеть в Green Deal возможности, а ЕС всегда готов поддерживать Украину — еврокомиссар Синкявичюс

Эксклюзивное интервью еврокомиссара по вопросам окружающей среды, океанов и рыболовства Виргиниуса Синкявичюса агентству «Интерфакс-Украина» и порталу «Green Deal»

Авторы: Сергей Шестак, Наталия Пушкарук


— Господин Синкявичюс, почему вы решили прибыть с официальным визитом в Украину?

Меня пригласил министр защиты окружающей среды и природных ресурсов Украины Роман Абрамовский. До этого мы с ним пару раз общались онлайн, но теперь он предложил мне лично посетить Киев. Министр был настроен на то, чтобы я смог встретиться с депутатами Верховной Рады и обсудить ряд важных экологических и климатических законопроектов, а также выразить свою позицию по тому, насколько они соответствуют Европейскому «зеленому» курсу и почему они важны для Украины.

Мы с министром также обсудили возможности Украины в вопросе софинансирования инициативы ЕС относительно двух морских охраняемых районов в Антарктике и поговорили о согласовании позиций ЕС и Украины в преддверии Конференции ООН по биоразнообразию (CBD COP-15) в Китае.


— Какие у вас впечатления от страны?

Я очень впечатлен климатическими инновациями, тем, что я увидел на церемонии награждения победителей программы Климатические инновационные ваучеры (CIV). В Украине на самом деле есть хороший пул талантливых людей, которые уже создают решения будущего, что меня сильно впечатлило.


— Мы тоже впечатлены и не только этим… Вы недавно заявили, что Еврокомиссия намерена представить инициативу, согласно которой продукция, связанная с вырубкой лесов, будет исключаться из цепочки поставок в ЕС. Объясните, как это будет работать и что, следуя такой логике, нужно в дальнейшем делать уже с импортом древесины?

Во-первых, эти понятия стоит разделять. Вырубка лесов означает, что лес вырубается и землепользование переходит в сферу сельского хозяйства. Пока рано обсуждать эту инициативу, потому что официально ее представят в конце октября. Однако я могу сказать, что наша цель заключается в аудите операционной деятельности компании и их продукции (due diligence), а также внедрении системы бенчмаркинга для стран с высоким риском вырубки лесов. После подобного аудита мы сможем сделать заключение о том, может ли та или иная продукция иметь доступ на рынок ЕС или нет. Хочу отметить, кстати, что это будет применяться не только к иностранным компаниям, но также и к европейским. Не будет никакой дискриминации.


— Есть ли в планах ЕС прекращение импорта необработанной древесины? Это спорный вопрос между Украиной и ЕС, поэтому не могу не спросить…

Я не располагаю такой информацией… Могу сказать, что это точно не в планах Еврокомиссии.

Когда речь заходит о лесном хозяйстве – будь то в странах ЕС или нет – то важнее всего, на мой взгляд, чтобы лесной сектор был хорошо отрегулирован. Важно, чтобы вырубки не происходили в охраняемых природных территориях и в местах с повышенным биоразнообразием. Затем необходимо смотреть, как осуществляются вырубки – чтобы процесс и организация вырубок предусматривали заботу о биоразнообразии и исключали сплошную вырубку леса. На следующем этапе производственной цепочки нужно обращать внимание на то, как и какая продукция делается из этой древесины, есть ли шанс предотвратить выбросы СО2 в производстве и т.д.

Говоря о торговле древесиной, то место в производственной цепочке каждая страна выбирает сама. Если лесозаготовительные компании хотят продавать необработанную древесину за границу, то это, на мой взгляд, не очень разумно. Страна тогда оказывается в самом низу производственной цепочки и получает минимальную прибыль. Поэтому, естественно, продавать продукцию из древесины гораздо более прибыльное дело. Это и создание рабочих мест, и налоги в казну… Но мы живем в условиях свободной рыночной экономики и, если закон это позволяет, компании должны сами решать, что делать с продукцией.


— Почему Еврокомиссия хочет, чтобы Украина сняла мораторий и разрешила экспорт необработанной древесины? Некоторые говорят даже о давлении на украинскую власть в этом вопросе…

Я не слышал ни о каком давлении. Я не общался об этом с министром и с моей стороны нет никакого давления. Как я уже сказал, экспорт леса приносит наименьшую прибыль, поэтому компаниям и решать. Главное, чтобы процесс был устойчив с точки зрения окружающей среды, охраняемые территории оставались нетронутыми, и территории леса после вырубок не превратились в сельскохозяйственные территории.

— Многие компании, поставляющие углеродоемкую продукцию в ЕС, сейчас обеспокоены механизмом углеродной корректировки импорта (CBAM), который ЕС намерен внедрить, и будут следить за процессом одобрения инициативы в Европарламенте. Расскажите, что ЕС еще планирует предпринимать в отношении импортеров в рамках реализации Green Deal?

Что касается CBAM, то тут мой месседж очень прост: инвестируйте в чистые технологии производства. Мы не можем требовать более высоких стандартов в производстве продукции у европейских компаний, при этом разрешая импортировать товары, которые, к сожалению, производятся с использованием грязных, старых технологий. И это касается не только Украины, но и всех импортеров в ЕС. Поэтому мой совет: инвестировать в чистые технологии. Это win-win решение: вы получите чистую продукцию, производство которой не приводит к масштабным выбросам СО2, доступ к европейскому рынку, и, конечно, чистый воздух и здоровое население.


— А если говорить не только о выбросах СО2? Green Deal ведь шире и нам, видимо, стоит ожидать большего количества мер в отношении импортной продукции…

Одна из инициатив, которую мы намерены предложить к концу этого года, касается товарной политики. Мы будем смотреть на весь жизненный цикл товара и выделять определенные товарные группы. Например, начиная со стадии разработки, так как уже на этом этапе производитель вашего мобильного телефона, скорее всего, знает, как долго вы сможете его использовать и когда вы обновите программное обеспечение и ваш телефон, следовательно, будет работать медленнее, что в итоге приведет к покупке нового. Мы хотим видеть весь жизненный цикл – разработка продукта, его использование и что происходит с ним после. Мы также хотим, чтобы ввозимые в ЕС товары могли быть переработаны и впоследствии могли использоваться в тех же производственных процессах.


— Министерство защиты окружающей среды и природных ресурсов Украины разрабатывает концепцию Украинского климатического фонда и очень рассчитывает на финансовую поддержку ЕС. Готовы ли вы поддерживать Украину в этом плане и на каких условиях?

Во-первых, ЕС всегда готов поддерживать Украину и приветствует принятие Обновленного национально определяемого взноса в Парижское соглашение. Теперь задача Украины заключается в выполнении поставленных целей, и ЕС в то же время готов подержать эти устремления, в том числе в вопросах эффективного управления в сфере климата и финансов.

Фокусный диалог по Green Deal между ЕС и Украиной, начатый премьер-министром Украины Денисом Шмыгалем и вице-президентом Еврокомиссии Франсом Тиммермансом в феврале 2021 года, также включает обсуждение этих вопросов. Второй раунд переговоров на уровне рабочей группы состоится уже 22 сентября.

Разработка государственной долгосрочной стратегии достижения климатической нейтральности с конкретными действиями, этапами и бюджетом, которые будут определять политику и переход к низкоуглеродной экономике, также укажет, как ЕС может наилучшим образом поддержать этот процесс.

Введение эффективного ценообразования на выбросы СО2 путем решительного повышения налога на выбросы СО2 или путем запуска давно назревшей системы торговли выбросами, как это предусмотрено в Соглашении об ассоциации, может мобилизовать внутренние ресурсы, которые можно было бы реинвестировать обратно в экономику для финансирования «зеленого» перехода Украины. В настоящее время украинская промышленность платит около EUR0,3 за выбросы одной тонны CO2, тогда как в ЕС цена уже достигла EUR60.


— Украина и ЕС входят в процесс пересмотра Соглашения об ассоциации и свободной торговле с Евросоюзом. Какие, на ваш взгляд, изменения следует внести в него по направлениям, за которые вы отвечаете?

Я знаю, что по финансовым приложениям был достигнут большой прогресс, и я искренне надеюсь, что то же самое будет сделано по экологическим приложениям. Конечно, нам нужно улучшить их в соответствии с нашими последними амбициями, Европейским «зеленым» курсом (Green Deal), стратегией сохранения биоразнообразия, стратегией лесного хозяйства. Я думаю, что это очень соответствует тому, что мы обсуждали с министром Абрамовским. Но, мы все еще в процессе дискуссий. Конечно, надеюсь, что мы быстро достигнем договоренности.

— Вы недавно говорили о превышении уровня эксплуатации Черного моря вдвое по сравнению с устойчивым уровнем. Как решить эту проблему в условиях конфликта на Черном море и что для этого должна сделать Украина?

Прежде всего, я очень рад, что Украина присоединилась к Генеральной комиссии по рыболовству в Средиземном море (GFCM), и теперь это вопрос регионального совета, потому что мы видим в ЕС, что наиболее эффективная реализация политики в области рыболовства, особенно устойчивого, действительно была принята на региональных советах, где страны из определенных морских бассейнов встречаются и обсуждают вопросы. Потому что у нас действительно довольно плохая ситуация в Черном море, где из восьми оценочных рыбных запасов шесть находятся в плохом состоянии пере-эксплуатации, один в неясном состоянии и только один находится в хорошем состоянии.

Так что нам нужно провести дополнительное оценивание, где предстоит много работы. Мы должны принять меры по обеспечению устойчивости. Мы должны приспосабливаться к моделям рыболовства в Черном море. И Комиссия готова к сотрудничеству. Рыболовство в Черном море очень мало по сравнению со всем Черноморским регионом, бассейном Черного моря. На Болгарию и Румынию приходится всего по 1%. Это не настолько много, но это не меняет нашего подхода, согласно которому мы должны поддерживать хороший статус всех морских бассейнов вокруг ЕС, и мы готовы к сотрудничеству.


— Какие возможности Украины получить доступ к Европейскому фонду морского судоходства, рыболовства и аквакультуры (EMFAF)?

Наверное, лучший путь – через Черное море, через Черноморское сотрудничество. Конечно, большая часть EMFAF предназначена для внутреннего использования, потому, что это очень небольшой фонд, но есть возможности для сотрудничества, например, со странами-членами по определенному морскому бассейну, сотрудничество, например, с Румынией или Болгарией, возможно, откроет возможности для совместных проектов для Украины и использования EMFAF.


— Создание совместного противопожарного авиапарка ЕС. Украина в этом году оказывала помощь Греции и имеет планы существенно улучшить свой флот. Каковы перспективы включения Украины в эту европейскую инициативу?

Прежде всего, я очень благодарен Украине за солидарность и за помощь. Это только доказывает, что ЕС и Украина очень близки в нашем сотрудничестве. И я думаю, что нам нужно наращивать наши способности противостояния стихийным бедствиям. И мы, конечно, будем наращивать их через наш фонд гражданской защиты. Конечно, Украина, как партнер будет очень приветствоваться. Я очень рад видеть, что в критических ситуациях ЕС и Украина сотрудничают и помогают друг другу. Это был огромный жест. И для меня было гордостью, когда ЕС передал Украине 23 миллиона вакцин. Я очень гордился тем моментом, когда украинские самолеты летали и помогали тушить пожары в Греции. Я считаю, что нам надо сотрудничать.


— Имплементация каких законодательных норм и создание условий в каких сферах могло бы позволить Украине привлечь инвестиции в водное хозяйство и аквакультуру?

Во-первых, я считаю, что аквакультура невозможна без управления водными ресурсами. Все начинается с управления водными ресурсами. Поскольку аквакультура возможна только в чистой воде, иначе это вызывает болезни и проблемы, с которыми очень трудно справиться.

Что касается управления водными ресурсами, в целом я думаю, что вы обладаете огромным опытом, и мы, конечно же, готовы делиться своими знаниями, делиться передовым опытом, искать возможные инвестиции, потому что, как я сказал, среди государств-членов у нас есть довольно обширная реализация наших директив управления водными ресурсами.


— Что касается угроз пчелам, эта проблема стала актуальной и для Украины. Какой путь их защиты выбирает ЕС и какие требования он будет выдвигать к странам-партнерам?

Пока рано говорить о странах-партнерах, потому что нам нужно сначала сделать домашнюю работу в ЕС. Речь идет о сельском хозяйстве, применении удобрений. Вот где нам нужно сделать больше. Нам нужно быть осторожными с химическими веществами, и именно поэтому мы предложили устойчивую стратегию относительно химических веществ, в которой мы хотим заменить или удалить с рынка химические вещества, которые опасны для людей или окружающей среды.

Таким образом, пчелы очень хорошо рассматриваются в нашей стратегии «С фермы на вилку», в нашей стратегии сохранения биоразнообразия, в нашей устойчивой стратегии относительно химических веществ, где все эти меры по предотвращению загрязнения позволят пчелам выжить. К сожалению, сейчас мы видим сокращение количества пчел, и это очень актуальная тема в ЕС.


— В заключение, каковы ваши основные месседжи Украине и украинским властям?

Прежде всего, нужно видеть в Green Deal возможности. Будьте смелыми в принятии решений, потому что это решения, которые помогут вашему бизнесу быть конкурентоспособным, улучшат здоровье ваших граждан, сохранят окружающую среду.

Так что не стесняйтесь Green Deal. ЕС всегда готов работать над этой амбициозной повесткой дня, сотрудничать, делиться передовым опытом, искать возможные инвестиционные проекты и углублять сотрудничество по Green Deal с Украиной, пока Украина остается амбициозной.

Related Articles

Последние материалы